.RU

10.1.5. Психология допроса совершеннолетнего обвиняемого - Бандурка, Бочарова, Землянская - Юридическая психология


10.1.5. Психология допроса совершеннолетнего обвиняемого

Психологические особенности поведения человека, совершившего преступление, в значительной степени определяются воздействием на него доминанты. Учение о доминанте было разработано русским ученым А.А.Ухтомским. В соответствии с этим учением, под доминантой понимается господствующий в данный момент очаг возбуждения в коре больших полушарий головного мозга, который обладает повышенной чувствительностью к раздражениям и способен оказывать тормозящее влияние на работу других нервных центров. В очаге при этом происходит концентрация возбуждения. Доминанта обычно возникает у человека в связи с какими-либо более или менее серьезными событиями в его жизни, за исход которых он переживает, испытывая чувства страха, беспокойства, неуверенности.

Такие психические состояния, связанные с возникновением доминанты, обычно возникают и у лица, совершившего преступление. Испытывая чувство страха перед возможными изобличением и наказанием, разнообразные чувства сожаления, жалости, раскаяния, злобы, преступник мысленно многократно возвращается к событию преступления, обдумывает возможные неблагоприятные для себя последствия. У него еще более усиливаются внутренние душевные переживания, происходит постоянное оживление, подкрепление очага возбуждения – доминанты. Непрерывно испытываемый процесс возбуждения вызывает дезорганизацию многих психических процессов преступника, толкает его на различного рода поступки.

Своеобразная психология лица после совершения им преступления, поведение, обусловленное доминантой, были известны не только юристам, но и привлекали внимание писателей. Яркие, запоминающиеся описания психологических переживаний и поступков лица после совершения преступления дали Л.Н.Толстой в повести «Крейцерова соната» и Ф.М.Достоевский в романе «Преступление и наказание».

В работах юристов постоянно проявляется интерес к исследованию поведения правонарушителя, связанного с защитной доминантой1. Под воздействием доминанты правонарушитель может совершать разнообразные действия, которые, с его точки зрения, должны обеспечить ему безопасность, помочь избежать изобличения и наказания, предотвратить грозящую опасность или хотя бы узнать о ней. В то же время именно эти действия зачастую привлекают к себе внимание органов следствия, дают основания для предположений о причастности лица к совершенному преступлению, поэтому юристы определяют такого рода поступки как улики поведения. Наиболее распространенными из них являются: создание ложного алиби, инсценировок, лжедоказательств невиновности; немотивированный и внезапный отъезд из местности, где было совершено преступление; попытки направить следствие по ложному пути; проявление повышенного интереса к ходу расследования; распространение заведомо вымышленных слухов о личности преступника и мотивах преступления; нарочитость, демонстративность поведения, призванного всячески убедить окружающих в полной непричастности к преступлению и т.п. Знание психологической природы такого поведения, различных форм улик поведения необходимо следователю, работникам милиции для выдвижения версий, определения правильной тактики допроса подозреваемого, обвиняемого.

Психофизиологическая природа доминанты определяет и другое явление. Давно замечено, что человек, совершивший серьезное преступление, испытывает сильное внутреннее психологическое напряжение. Стремление скрыть от окружающих причастность к преступлению, необходимость маскировать свои внутренние переживания и опасения в связи с этим и внешне казаться спокойным приводит к усилению процесса торможения в клетках коры головного мозга. Однако в силу действия физиологических законов индукции, иррадиации торможение снова приводит к дальнейшей стабилизации процесса возбуждения. Таким образом, возбуждение становится еще более устойчивым (застойным). Естественно, что преступник испытывает острое желание снизить напряженность, снять с себя бремя тайны преступления, поделиться с кем-либо, посоветоваться, «выговориться». В этом и заключается причина множества наблюдаемых на практике признаний преступника как внесудебных (не только хорошо знакомым, но и посторонним людям), так и на допросе у следователя. Очевидно, выявление таких состояний, «поддержание» этого процесса на допросе, проведенном в рамках правовых и этических норм, будут способствовать раскрытию преступлений, получению правдивых показаний (см. рис. 25).

При подготовке к допросу подозреваемых, обвиняемых в процессе его проведения важно учитывать сложные психические состояния, в которых находятся допрашиваемые. В большинстве случаев на предварительном следствии подозреваемый, обвиняемый находятся в подавленном, депрессивном состоянии. Такое состояние характеризуется плохим настроением, упадком душевных сил, растерянностью, пассивностью. В отдельные периоды оно может проявляться во вспышках раздражительности, повышенной эмоциональности, вспыльчивости, взвинченности. Следователь обязан помнить, что привлечение к уголовной ответственности, задержание, арест обычно очень глубоко переживаются человеком. По шкале жизненных ситуаций, вызывающих у людей депрессию, такие события осознаются как одни из наиболее значимых. Поэтому можно определить психическое состояние обвиняемого на предварительном следствии как фрустрационное. Известно, что в психологии под «фрустрацией» (с лат. frustratio– тщетное ожидание, обман) принято понимать психическое состояние, наполненное тревогой, расстройством, внутренним дискомфортом, общей напряженностью, которое наступает при осознании человеком разрушения его жизненных планов, замыслов, возникновении преград на пути к цели. Близким к нему понятиями являются «угроза» или «опасность». Однако в ситуации опасности беда еще только грозит, а во фрустрации она уже реально существует. Состояние фрустрации определяет протекание ряда психических процессов. В этом состоянии обвиняемый обладает минимальной возможностью критически и верно оценивать ситуацию, он очень внушаем, мнителен, впечатлителен.

Справедливо по этому вопросу пишет А.Р.Ратинов: «Изъятие из обычной обстановки, изменение привычного уклада жизни, нравственные страдания и физические лишения, вынужденное бездействие, неизвестность будущего, отсутствие связи с близкими и вообще ограниченная возможность общения с людьми производят исключительно тяжелое впечатление на человека»1.

Все эти сложнейшие психические состояния обвиняемого требуют серьезной оценки при установлении с ним психологического контакта, выборе наиболее рациональной тактики допроса, определяемой нравственными принципами.

Допрос обвиняемого на предварительном следствии во многих случаях проходит в ярко выраженной конфликтной ситуации (см. рис. 22). Ее содержание определяется следующими обстоятельствами.

1. Принудительным характером общения обвиняемого со следователем. Обвиняемый понимает, что каждый проведенный следователем допрос приводит к изобличению в совершении преступления (разумеется, речь идет о лице, действительно совершившем преступление), но не может избежать такого общения.

2. Реальной опасностью ухудшения положения обвиняемого в результате успешно проведенных допросов – возможные задержание, арест, предъявление обвинения, лишение права занимать определенные должности, наложение ареста на имущество и его конфискация, осуждение по приговору суда.

3. Трудным, сложным положением, в котором уже находится обвиняемый на предварительном следствии и которое он зачастую связывает с деятельностью следователя (задержание, арест, изменение привычного образа жизни, нравственные переживания, лишение общения с близкими людьми и т.п.).

Указанные психологические состояния обвиняемого, наличие конфликтной ситуации – все это значительно затрудняет установление необходимого психологического контакта.

Существует много различных способов установления психологического контакта с обвиняемым на предварительном следствии (хотя понятие «психологический контакт» в настоящее время употребляется весьма широко, но точнее было бы вести речь о правильном психологическом подходе). Большое количество способов установления психологического контакта обусловлено различными следственными ситуациями, при которых проходит допрос, разнообразными сочетаниями индивидуальных особенностей личности обвиняемых, особенностями личности (профессионального, жизненного опыта, культурой, эрудицией), характерологическими и другими качествами следователя. Однако наиболее распространены следующие способы психологического подхода.

1.^ Обращение к логическому мышлению обвиняемого. Сущность данного способа заключается в умении убедить обвиняемого в неизбежности успешного расследования и установления истины по делу. При этом следователь может выдвигать самые различные аргументы (например, говорить о том, что любое другое поведение обвиняемого, кроме дачи правдивых показаний, неразумно, приносит вред ему самому.

2. ^ Возбуждение у допрашиваемого интереса к общению и его результатам. Так, следователь объясняет обвиняемому, что общение, связанное с дачей объяснений, оценкой доказательств – в его собственных интересах, что в ходе допроса он сможет подтвердить или опровергнуть обвинение, объяснить подлинные мотивы совершенного преступления, указать на все смягчающие его вину обстоятельства и т.д. Интерес к общению может быть вызван разговором не только на темы, связанные с правовым положением обвиняемого. Используя сведения об интересах, склонностях, увлечениях обвиняемого, следователь может для установления психологического контакта начать разговор на самые различные темы (о культуре, искусстве, спорте, семье и т.п.).

3. ^ Возбуждение эмоционального состояния в целях установления психологического контакта целесообразен тогда, когда обвиняемый отказывается от всякого общения со следователем, находится в состоянии безразличия, апатии. Способ возбуждения эмоционального состояния заключается в обращении к различным чувствам допрашиваемого (гордость, стыд, жалость, раскаяние и т.п.).

4. ^ Установлению психологического контакта с обвиняемым неизменно способствуют личные положительные качества самого следователя. Вежливость, справедливость, честность, принципиальность, эрудиция, культура, доброжелательность, остроумие, находчивость следователя в большинстве случаев вызывают у обвиняемого готовность, желание вступить в общение на допросе.

Так, на прием к начальнику РОВД пришел гражданин, который назвался Белкой. Белку начальник знал (это не фамилия, а бандитская кличка) и разрешил его пропустить в отделение. Пришел Белка, сел и стал вести себя как всегда развязно. Однако в его глазах наблюдалась настороженность:

– «Слышал, что у вас неприятность, ювелирку взяли», – сказал Белка.

– «Ну так что?» – спросил начальник.

– «Может быть я чем-нибудь помогу? Какие обстоятельства, кем нужно заняться?» – Белка иногда действительно давал оперативным работникам правдивую информацию, но никогда не делал это по собственной инициативе и не приходил добровольно в милицию. Несколько минут начальник молча рассматривал Белку, который начал ерзать на стуле, засовывал руки в карманы и затем их вынимал.

– «Вынь из карманов и положи на стол все, что у тебя есть», – сказал ему начальник.

– «Начальник, ты что! Я пришел помочь, а ты подозреваешь. Хотел дать наводку. Я ухожу, раз это не нужно», – запротестовал Белка.

– «Вынь из карманов и положи на стол все, что у тебя есть», – повторил начальник и нажал сигнальную кнопку.

В кабинет зашел оперативный работник.

– «Обыщите его!» – приказал начальник.

– «Не нужно. Ваша взяла!» – и Белка стал доставать из карманов золотые вещи, которые выкрал из ювелирного магазина.

Намерения у Белки, на его взгляд, были продуманы. Чтобы его не заподозрили и не стали проверять, он решил «засветиться перед начальником», предложить помощь, дать какую-нибудь придуманную информацию, «кинуть» на кого-то подозрение. Но подобная инициатива не отвечала его поведению и в результате выдала его1.

На самых ранних этапах расследования при отсутствии достаточного количества доказательств следователь при допросе подозреваемого вынужден прибегать к оценке самых различных особенностей его личности. Решая вопрос о наиболее вероятных версиях, возможной причастности лица к совершенному преступлению, мотивах, определяя психологические особенности подозреваемого с целью найти лучший психологический подход, избрать более рациональные тактические приемы, следователь учитывает общественное, должностное положение подозреваемого, его профессию, род занятий, интересы, склонности, внешний облик, манеру держаться, особенности речи и т.д. При этом необходимо иметь в виду следующее. Хотя получение и использование в сугубо оперативно-тактических целях самых первых впечатлений о человеке при острой нехватке другой информации является неизбежным, однако следует считаться с возможностью ошибочных представлений. Исследования показывают, что у людей в большинстве случаев очень быстро складывается мнение о впервые увиденном ими человеке, даже при отсутствии какой-либо существенной информации о нем. В повседневной жизни нередко приходится судить о малознакомых людях по их внешнему облику, поведению, речи, мимике, жестам и т.п. В основе такого рода наблюдений, указанных закономерностей лежат жизненный и профессиональный опыт человека, его кругозор, наблюдательность, усвоенный опыт других людей, влияние микросреды, литературные ассоциации и штампы, а порой и предрассудки. Например, существуют всем известные литературные штампы, в соответствии с которыми квадратный массивный подбородок человека якобы свидетельствует о его сильной воле, большой лоб – об уме; полные люди – добродушны, люди маленького роста отличаются честолюбием, большим желанием командовать. Не отрицая наличия в накопленном жизненном, профессиональном опыте людей определенного количества верных наблюдений, нужно подчеркнуть, что в целом такого рода информация (и это должен хорошо представлять себе следователь) может оказаться и ошибочной (см. в конце главы типичные проявления эмоциональных состояний).

В процессе допроса следователь может избирать и применять разнообразные тактические и психологические приемы (см. рис. 19–22). Но все они должны быть правомерны и безупречны в этическом отношении, т.е. тактические, психологические приемы не должны содержать в себе какого-либо физического или психического насилия, обмана, угроз. Основной формой допустимого психологического воздействия на обвиняемого является убеждение. При допросе следователь должен доказать обвиняемому бессмысленность, вредность и ошибочность ложных показаний. Он не имеет права оставаться «беспристрастным регистратором» любых показаний обвиняемого. Задача следователя заключается в том, чтобы стремиться активно использовать все законные и безупречные в нравственном отношении возможности, все достижения криминалистической, судебно-психо­логической наук, весь свой профессиональный, жизненный опыт, мышление, находчивость, сообразительность, целеустремленность для получения правдивых показаний.

Можно указать на некоторые наиболее часто применяющиеся тактические и психологические приемы, которые используют при допросе обвиняемого.

1. ^ Фактора внезапности. Сущность данного приема заключается в том, что доказательства предъявляются внезапно, неожиданно, после вопросов, имеющих второстепенное значение. Психологическая неподготовленность обвиняемого может в таких случаях поставить его в нелегкое положение. Однако при этом необходимо иметь в виду, что «проговорки» обвиняемого, его замешательство сами по себе еще не являются доказательствами и имеют главным образом оперативно-тактическое значение.

2. ^ Логическая последовательность предъявления доказательств по их нарастающей силе. При применении такого приема вопросы, доказательства формируются в последовательную систему. Сначала выясняются менее значительные обстоятельства, используются второстепенные доказательства, затем постепенно предъявляются более серьезные улики. Поскольку все вопросы и доказательства причинно связаны между собой, то признание обвиняемым одних фактов приводит его к необходимости признания последующих. Эффективность указанного приема обусловлена и тем, что обвиняемый не знает, какими еще доказательствами обладает следователь, а предъявление все новых и новых доказательств приводит его к выводу о том, что следствие располагает достаточными доказательствами.

3. ^ Прием под условным названием «допущение легенды». В тех случаях, когда подозреваемый (обвиняемый) дает показания, противоречащие уже имеющимся данным, собранным следствием, то не всегда целесообразно спешить с опровержением ложной, «легендированной» информации. Из тактических, психологических соображений полезно выслушать высказывания подозреваемого (обвиняемого) до конца, мысленно зафиксировав все сведения, которые противоречат установленным фактам. Затем неожиданно для допрашиваемого следователь приступает к опровержению ложных заявлений, приводит достоверные данные, доказательства. Поскольку вначале следователь делает вид, что не сомневается в правдивости рассказа подозреваемого (обвиняемого), то последующее внезапное опровержение зачастую застает последнего врасплох. Подобного рода тактические приемы существуют и в иных видах человеческой деятельности: в игровых видах спорта ему близок прием контратаки; в шахматах – позиционная игра, когда шахматист ведет выжидательную, осторожную, пассивную игру, ожидая ошибки партнера.

4. ^ Тактический психологический прием «пресечения лжи» прямо противоположен предыдущему. Обладая определенными собранными доказательствами, сложившейся версией, следователь, обнаружив, что обвиняемый начинает давать ложные показания, останавливает его. При этом следователь предупреждает обвиняемого, что его показания противоречат всем имеющимся доказательствам, являются ложными, только усложняют положение обвиняемого и предлагает ему начать снова. При дальнейших попытках обвиняемого давать ложные показания следователь опять останавливает его, «пресекает» ложь. Указанный тактический психологический прием может быть особенно эффективным при допросе преступника, не успевшего продумать линию своего поведения, находящегося в состоянии растерянности, волевого упадка, что чаще всего наблюдается при допросе сразу же после задержания.

5. ^ Прием сочетания форсированного и замедленного темпа допроса. В тех случаях, когда обвиняемый заранее обстоятельно продумал линию своего поведения на предварительном следствии, свои ответы, контраргументы, доказательства, целесообразно ускорить темп допроса. Следователь таким образом не только берет инициативу в свои руки, но и затрудняет для обвиняемого использование заведомо применение ложной информации. При этом важно подчеркнуть, что любые ответы обвиняемого, полученные в результате форсированного темпа допроса сами по себе не являются судебными доказательствами, а используются главным образом в тактических целях. Доказа­тельствами становятся лишь продуманные, осознанные, процессуально оформленные показания обвиняемого.

Форсированный темп допроса полезно чередовать с замедленным. Последний может применяться в двух случаях: а) при подготовке к проведению форсированного темпа допроса (следователь сначала в неторопливом, замедленном темпе беседует с подозреваемым (обвиняемым) по второстепенным, «нейтральным» вопросам, затем, убедившись, что допрашиваемый ослабил внимание, стал менее насторожен, внезапно форсирует темп допроса, переходит к выяснению «острых», критических моментов); б) в ряде случаев подозреваемый (обвиняемый) сам избирает беглый, быстрый рассказ, чтобы избежать уточнения и проверки опасных для него моментов. Установив это, следователь может использовать замедленный темп: подробно, неторопливо, обстоятельно выясняет интересующие его факты, задает много уточняющих, конкретизирующих, детализирующих дополнительных вопросов.

6. ^ Использование психологических особенностей личности допрашиваемого. Указанный тактический психологический прием допроса подозреваемого (обвиняемого) может быть с полным основанием отнесен к основным, применяемым постоянно по любой категории расследуемых преступлений. При выборе тактических психологических приемов следователь должен стараться использовать самые различные психологические состояния, качества и свойства обвиняемого. Так, если подозреваемый (обвиняемый) находится в момент допроса в состоянии растерянности, нерешительности, страха, то эффективными будут приемы форсированного допроса, предъявления всех имеющихся доказательств, решительного пресечения всяких попыток дать ложные показания. Если же обвиняемый хорошо подготовлен к допросу, продумал линию своего поведения, уравновешен, сохраняет самообладание, уверен в том, что его невозможно изобличить, то более рациональными будут приемы постепенного, последовательного применения доказательств по их нарастающей силе, допущения легенды. Необходимо учитывать и темперамент допрашиваемого. При допросе обвиняемого-холерика желательно использовать его повышенную возбудимость, способность к эмоциональным взрывам. Сообщение следователя о каком-либо факте, свидетельствующем о причастности допрашиваемого к совершению преступления, изобличение его во лжи, замечание следователя, осуждающее обвиняемого, могут вызвать у него соответствующую реакцию, при которой исчезает настороженность и он может проговориться. Допрос флегматика требует относительно длительного времени на установление нужного психологического подхода, приведения собранных доказательств, подготовленных вопросов в продуманную, логически последовательную систему, замедленного темпа допроса.

Естественно, что перечисленные психологические приемы далеко не исчерпывают всего многообразия приемов, применяемых при допросах подозреваемых и обвиняемых. Иногда следователю приходится сталкиваться с трудной тактической ситуацией – самооговором подозреваемого. Причинами этого могут быть: психическое перенапряжение в результате длительных допросов, грубые нарушения прав человека, тактические просчеты в работе следователя, желание скрыть другое, более тяжкое преступление, другие мотивы подозреваемого (обвиняемого).

Методика разоблачения самооговора та же, что и разоблачения других ложных показаний: детальный повторный допрос, проверка показаний на месте, очная ставка, следственный эксперимент, анализ соответствия показаний совокупности имеющихся доказательств. Допрос обвиняемого проводится по всем пунктам предъявленного обвинения. Положительный ответ подозреваемого (обвиняемого) на вопрос, признает ли он себя виновным, не должен ни в коей мере влиять на полноту, всесторонность и объективность расследования уголовного дела.

Признание обвиняемым своей вины не является исключительным, наиболее «сильным» доказательством; оно не имеет никакого преимущественного значения и, как все другие доказательства, подлежит проверке и оценке. Признание может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его совокупностью доказательств.

^ Участие защитника в допросе подозреваемого (обвиняемого) лица следует рассматривать как фактор, требующий значительного совершенствования тактического арсенала следователя. Адвокат – это не просто третье лицо, а юрист-профессионал, под интеллектуальным и профессиональным контролем которого проходит вся деятельность следователя при допросе. Адвокат представляет, прежде всего, интересы лица, заподозренного в совершении преступления, и выступает высококвалифицированным его союзником.

Следователь неизбежно становится объектом заинтересованного изучения со стороны защитника, хотя тот нередко хорошо знает следователя – его интеллектуальный и нравственный уровень, профессиональный потенциал. Предполагается, что адвокат будет действовать добропорядочно, в рамках закона защищать только законные интересы подзащитного. Тогда нет повода опасаться «запрещенных приемов» со стороны защитника. Тактика взаимоотношений с ним в процессе расследования должна строиться на взаимном уважении и доверии.

Но адвокат может попытаться тайно, нелегально использовать противозаконные меры для оправдания подзащитного или существенного снижения уровня уголовной ответственности. Упредить рискованный ответ подзащитного своим вопросом – нельзя. Остается одно – любыми иными способами и, по возможности, незаметно для следователя подсказать нужное направление ответа, хотя бы в самом общем плане (например, на уровне «да – нет»). Для этого нередко используются невербальные средства (например, взгляд, движение головы или руки, изображающие «нужный» (утвердительный или отрицательный) ответ). Так, движением мышц лица, бровей и т.п. можно обозначить тревогу по поводу прозвучавшего вопроса, призыв хорошо подумать, прежде чем ответить. Встречается и «подготовка», «натаскивание» адвокатом своего подзащитного во время их встреч, что проявляется в изменениях показаний подозреваемого после встречи с адвокатом, направленности и содержании ответов подозреваемого во время допроса.

Вред, который может быть причинен противозаконной деятельностью защитника, в значительной мере зависит от сочетания двух факторов: 1) момента допуска защитника к участию в деле и 2) момента его свидания с подозреваемым (обвиняемым) наедине. Можно выделить две типичные ситуации с разным сочетанием названных факторов.

^ Ситуация «А»

Первый допрос подозреваемого проводится с участием защитника, причем: 1) после их свидания наедине; 2) до такого их свидания.

Ситуация «Б»

Очередной (не первый) допрос подозреваемого либо его первый допрос в качестве обвиняемого проводится с участвующим впервые в нем защитником, причем: 1) после их свидания наедине; 2) до такого их свидания.

Анализируя приведенные ситуации, можно прийти к следующим выводам.

1. При прочих равных условиях наиболее опасной для интересов следствия представляется ситуация «А», а из двух ее разновидностей – первая.

2. Степень опасности для интересов расследования ситуации «Б» существенно ниже. Из двух ее разновидностей более негативной является также первая.

На основе признательного рассказа своего подзащитного адвокат без особого труда может построить мысленную динамическую модель данного преступления, по ней вычислить закономерные следы и улики, которые должен был оставить на месте происшествия и в других местах его подзащитный. Адвокат может: наметить наилучшую для подозреваемого позицию сопротивления расследованию; сформировать правдоподобную (согласующуюся с механизмом и обстоятельствами преступления) оправдательную версию; разработать схему показаний для подозреваемого, подтверждающих эту версию (например, версию о необходимой обороне при убийстве и ложный, но трудно опровергаемый рассказ об ее обстоятельствах). Теперь все это остается «довести до ума» подзащитного и тот готов к встрече со следователем на первом допросе.

Дача подозреваемым правдивых показаний на первом допросе не означает, что в ходе дальнейшего участия в деле защитник не будет стремиться к их нейтрализации. Такие факты встречаются в последнее время достаточно часто.

Выше уже отмечалось, что иногда по ходу допроса защитник может пытаться словами или невербальными средствами подсказать допрашиваемому нужный ответ на вопрос следователя. Чтобы иметь возможность вовремя увидеть и пресечь такие попытки, следователь должен поместить защитника в кабинете, где проходит допрос, в зону наилучшей для себя видимости всей его фигуры в целом. При этом по отношению к допрашиваемому защитника следует разместить так, чтобы затруднить им визуальные контакты между собой, а любая попытка их негласного общения при допросе требовала от кого-либо из них поворота головы, туловища и тем самым становилась бы видимой следователю. С учетом изложенного, лучшим тактическим решением рассматриваемой проблемы будет такое: разместить защитника перед собой, слева или справа и несколько позади допрашиваемого; использовать технические средства (видеозапись, магнитофонную запись). Противозаконные действия защитника следует отразить в протоколе допроса.

В настоящее время продолжается дискуссия по поводу применения полиграфа («детектора лжи») в процессе проведения расследования. Мнения расходятся почти во всех вопросах, касающихся полиграфа, но пользующиеся им согласны, что он не измеряет непосредственно ложь. Он измеряет признаки возбуждения автономной нервной системы, физиологические изменения, порождаемые в первую очередь эмоциональным возбуждением человека. Пол Экман образно представил уязвимость проверки на полиграфе так:

- ошибку Отелло, который не смог понять, что страх Дездемоны может быть не боязнью разоблачения со стороны женщины, виновной в супружеской измене, а страхом честной жены перед мужем, который не желает ей поверить; и невиновные, а не только лжецы, могут испытывать эмоциональное возбуждение, волнение, зная, что их подозревают во лжи;

- риск Брокау, т.е. неспособность учитывать индивидуальные различия людей в экспрессивном поведении (Т.Брокау – диктор ТВ говорил, что он интерпретирует многословие и велеречивость как признак лжи, однако он может часто ошибаться, поскольку многие люди всегда многословны)1.

10.1.6. Психология допроса при очной ставке

Основанием для проведения очной ставки (одновременного допроса двух ранее допрошенных лиц) служит наличие в их показаниях противоречий относительно одних и тех же обстоятельств (термин «очная ставка» происходит от древнерусского «ставить очи на очи»). Очная ставка является разновидностью допроса, она, как правило, связана с острой конфликтной ситуацией и высокой эмоциональной напряженностью, динамичностью.

Роль следователя на очной ставке весьма сложна и важна. Это следственное действие должно быть хорошо подготовлено. Следователь должен иметь определенные критерии достижения истины, основываясь на всей совокупности имеющихся доказательств. В этой напряженной конфликтной ситуации следователь должен сохранять психическую устойчивость, уравновешенность, спокойствие.

Основная цель очной ставки – изобличение лица, противодействующего следствию, дающего ложные показания. Однако далеко не всегда лица на очной ставке дают заведомо ложные показания – это может быть заблуждение какого-либо допрашиваемого лица (см. рис. 26). В данном случае главная задача следователя – ликвидировать это заблуждение, не усугублять его. Причиной противоречий могут быть заведомо ложные показания одного или обоих участников очной ставки. Мотивами заведомой лжи могут быть: стремление избежать уголовной ответственности или смягчить ее, нежелание выдать соучастников, родственные чувства, боязнь мести, подкуп, стыд, ложно понятое чувство товарищества, неприязненные отношения между ее участниками как продолжение давнего конфликта.

Противоречия в показаниях могут быть вызваны ролевыми позициями ее участников, различиями в статусе: шофер – инспектор ГАИ; милиционер – хулиган и т.п.

К факторам эффективности очной ставки относится и ее планирование. В плане следует учесть различные позиции участников, их личностные особенности, предусмотреть различные варианты ее проведения, максимальное и минимальное число эпизодов, которые будут рассмотрены на очной ставке, первоочередность вопросов участникам, а также дополнительные вопросы.

Сила воздействия очной ставки заключается также в «эффекте присутствия» (показания даются не только в присутствии следователя, но и другого человека, с которым допрашиваемый, как правило, знаком). Такие показания более впечатляют, чем те же показания, оглашенные следователем. При проведении этого следственного действия используются те же тактические приемы, которые эффективны при допросе.

Высокие требования предъявляются не только к психическому состоянию следователя, его активности, выдержке, но и к вниманию. Целесообразно при этом использовать фиксирующую технику или протоколиста, другого сотрудника. Для лучшего закрепления знаний по данному параграфу приводим ряд схем (см. рис. 14-26)1.

10.2. Психология осмотра места происшествия

В психологическом аспекте осмотр места происшествия – это непосредственное восприятие следователем, другими его участниками обстановки места происшествия. В связи с тем, что при осмотре следователь воспринимает обстановку совершения преступления при помощи органов чувств, эффективность этого следственного действия в значительной степени зависит от определенных психических процессов, психологических состояний и личностных свойств и качеств.

При осмотре места происшествия активизируется вся совокупность психологических процессов, состояний, качеств личности следователя и других участников этого следственного действия. В дальнейшем исключительно с целью избежать ненужных повторений мы будем говорить о роли следователя, имея в виду, что многие положения будут относиться и к участию в осмотре других лиц (оперативных работников милиции, экспертов, специалистов). Однако, несмотря на это, следует выделить некоторые из психологических качеств, состояний, роль которых особенно велика при проведении осмотра места происшествия.

Эффективность осмотра места происшествия в значительной степени обусловлена наличием у следователя хорошо развитой криминалистической наблюдательности. На месте происшествия следователь сталкивается с большим количеством предметов, фактов, явлений, содержащих не менее значительный и разнообразный объем информации. Очевидно, что только часть из имеющейся на месте происшествия информации может впоследствии иметь доказательственное значение. Криминалистическая наблюдательность предполагает умение обнаружить, выделить лишь такие изменения на месте происшествия, которые имеют отношение к расследуемому событию. Возможность такого отбора обусловлена закономерностями обязательного возникновения следов, изменений материальной обстановки, вызванных действиями преступника.

В основе криминалистической наблюдательности лежит не только умение планомерно, целенаправленно воспринимать все, что имеет или, вполне вероятно, может иметь отношение к событию преступления, но и знание наиболее типичных следов, а также изменений, возникающих при совершении различных преступлений. В свою очередь указанные знания дают возможность следователю строить умозрительные модели прошлого преступного события и, пользуясь такими моделями, вести поиск следов преступления не наугад, не случайно, а продуманно и целенаправленно. Криминалистическая наблюдательность позволяет обнаруживать и выявлять самые незначительные и незаметные для лиц, не обладающих этим качеством, изменения, следы. Так, при осмотре места происшествия следователь уделяет значительное внимание обнаруженным проездным билетам городского транспорта, следам губной помады, окуркам, остаткам пищи, расположению предметов обстановки и т.п. Изучение обнаруженного позволяет выявлять разнообразные причинные связи между этими следами, изменениями и личностью преступника, его действиями.

Криминалистическая наблюдательность при осмотре места происшествия реализуется путем планомерного, целенаправленного, продуманного восприятия обстановки. Поскольку такое восприятие включает в себя работу практически всех органов чувств следователя (зрение, слух, обоняние, осязание), то нельзя не учитывать возможные благоприятные и неблагоприятные психофизиологические состояния следователя. В этом отношении эффективность осмотра места происшествия прямо пропорциональна активности, сосредоточенности, целеустремленности, уверенности, решительности, вниманию, эмоциональной уравновешенности, психической выносливости, настойчивости следователя. В то же время отсутствие определенных позитивных психологических качеств, неблагоприятные психофизиологические состояния следователя (утомление, усталость, плохо контролируемое волнение, подавленность и депрессивность, нерешительность, неорганизованность, неуверенность в себе, утрата делового оптимизма) отрицательно сказываются на результатах осмотра места происшествия. Очевидно, что при необходимости проведения осмотра места происшествия, особенно по сложным уголовным делам, требуется учитывать указанные обстоятельства.

Осмотр места происшествия является одним из наиболее трудоемких, нередко длительных следственных действий, требующих больших затрат нервных и физических сил. Поэтому большое значение приобретает психическая и физическая выносливость следователя. Однако решающая роль в процессе осмотра места происшествия принадлежит не столько органам чувств – сенсорному аппарату следователя, но и его мыслительной деятельности. Необходимость всесторонней, объективной фиксации обстановки не исключает, а, напротив, предполагает обязательное решение в процессе осмотра места происшествия множества мыслительных задач, выдвижение и оценку разнообразных предположений, гипотез, версий, построение мысленных моделей случившегося. Именно такая сложная мыслительная деятельность следователя, основанная на правовых, криминалистических, психологических знаниях, профессиональном и жизненном опыте, использовании помощи, консультаций со стороны экспертов, специалистов, других участников этого процессуального действия, проявлении профессионально необходимых психологических качеств, делает осмотр места происшествия рациональным и эффективным. Такая мыслительная деятельность следователя позволяет определить связь конкретных объектов с расследуемым событием, выявить различные причинные зависимости между обнаруженными явлениями, негативные обстоятельства, выдвинуть версии, распознать возможные инсценировки и фальсификации.

При проведении осмотра места происшествия на следователя и других участников способен оказывать немалое воздействие так называемый психологический фон преступления. В подавляющем большинстве случаев следователь не остается равнодушным к тому, что он воспринимает при осмотре. Совершенное преступление, его последствия способны вызвать возмущение, негодование, отвращение. При осмотре места происшествия следователь может испытывать чувства сострадания, жалости по отношению к потерпевшему, его родственникам. Соответствующие эмоциональные переживания могут быть вызваны видом трупа, жертвы, ран, крови, разрушений, слезами родственников потерпевших и т.п. Важно помнить, что психологический фон преступления может оказывать как позитивное, так и негативное воздействие. В первом случае испытываемые следователем чувства заставляют его максимально мобилизоваться, вызывают решимость сделать все зависящее от него, чтобы раскрыть совершенное преступление, разыскать и изобличить преступника. Все это приводит к усилению активности, целеустремленности, настойчивости, внимания, решительности, стремлению применить максимум усилий в поисках следов преступления.

Отрицательное воздействие заключается в том, что следователь не может преодолеть в себе излишнее нервное возбуждение, напряженность, испытывает стрессовые, фрустрационные состояния, неуверенность, дезорганизованность, растерянность, безразличие, вялость. Такие состояния являются одной из причин поверхностного, формального, поспешного осмотра. Учитывая все это, следователю необходимо постоянно помнить о возможном психологическом воздействии фона преступления, воспитывать, тренировать в себе умение преодолевать отрицательные воздействия.

В психологическом отношении сложность осмотра места происшествия заключается также в том, что это предполагает одновременное включение множества разнородных действий, требует согласованных усилий всех его участников, изучения и оценки массы информации, устранения нежелательных воздействий, принятия самостоятельных, высокоответственных решений. Все это увеличивает психическую нагрузку следователя. Большое значение при этом приобретают подготовительные мероприятия, четкое распределение обязанностей между участниками осмотра. Желательно, чтобы следователь по возможности освободился от работы технического, нетворческого характера (изъятие следов, их измерение и описание, изготовление слепков, схем, фотографирование, поиск понятых и т.п.). Важно, чтобы во время осмотра места происшествия его участники соблюдали необходимую дисциплину. Ведение посторонних разговоров, пререкания отвлекают внимание следователя, мешают ему сосредоточиться, препятствуют ведению целенаправленного поиска.

Успешность осмотра места происшествия во многом зависит от коллективных действий всех его участников, их согласованности. Поэтому немалое практическое значение приобретает подбор групп. Современная психологическая наука располагает методами подбора так называемых малых групп, учитывая их внутреннюю совместимость. При этом важно наблюдать, изучать существующие межличностные отношения, а также микрогруппы, сложившиеся на основе деловых контактов, сотрудничества, взаимного уважения. Ученые отмечают, что психологическую совместимость и успех совместной деятельности обусловливают общность идеологических взглядов; высокая мотивация и установка; оптимальные психофизиологические качества каждого участника; разнополярность индивидуально-психологических особенностей (возможность выделения лидера); высокая критичность к себе и терпимость к окружающим (высокий уровень интеллигентности); полное доверие друг к другу на основе жизненной взаимозависимости; максимально возможная загруженность целенаправленной деятельностью; возможная степень уединения каждого из участников; определенность стоящей задачи и срока совместной деятельности.

В процессе проведения осмотра места происшествия требуется учитывать условия восприятия, которые далеко не всегда бывают благоприятными. Осмотр при недостаточном освещении, плохой погоде, множестве отвлекающих воздействий и помех (например, на многолюдной улице, трассе с оживленным движением), с одной стороны, затрудняет восприятие, а с другой – обусловливает необходимость специальной подготовки следователя, тренировки, умения работать в сложной, неблагоприятной обстановке.

С целью повышения эффективности восприятия, наблюдения при осмотре места происшествия следует соблюдать определенные правила. До начала осмотра важно получить представление об изучаемом. Известно, что еще до начала осмотра следователь имеет определенную информацию о случившемся; хотя такая первоначальная информация является весьма приблизительной и впоследствии может быть опровергнута, она тем не менее позволяет следователю наметить план осмотра, приступить к построению умозрительной модели случившегося. Так, получив сообщение об обнаружении трупа с признаками насильственной смерти, следователь начинает сопоставлять этот факт с другими уже известными обстоятельствами (временем, местом и т.п.), вспоминает о наиболее типичных следах, которые остаются при совершении убийств, и на основе таких мысленных построений приступает к определению целей, задач, плана осмотра.

Наличие умозрительной модели события преступления делает процесс наблюдения следователя при осмотре места происшествия целенаправленным. Например, при осмотре места кражи следователь ищет следы преступника, орудий взлома, доказательства исчезновения денег, ценностей, вещей; при обнаружении трупа на проезжей части дороги – следы наезда, транспортных средств, торможения и т.д. Однако было бы неправильным ограничивать цели наблюдения поиском наиболее типичных, ожидаемых следов. Не исключено, что в первом случае имели место инсценировка кражи или другое преступление, а во втором – было совершено умышленное убийство, и преступники бросили труп под колеса автотранспорта и т.д. Поэтому при проведении наблюдения на месте происшествия следует искать в наблюдаемом не только то, что предполагалось найти, но и обратное. В этих же целях важно не доверять полностью однократному наблюдению, а исследовать любой обнаруженный факт, явление с разных точек зрения, подвергать сомнению наблюдаемые признаки. При проведении осмотра места происшествия следователь не может выступать в качестве простого регистратора увиденного, ограничиваться одним последовательным осмотром и фиксацией всего того, что обнаружил. Такая механическая фиксация вряд ли возможна – слишком много объектов и их признаков пришлось бы описывать. Процесс наблюдения должен органически сочетаться с напряженной мыслительной деятельностью, когда следователь постоянно ставит перед собой вопросы: «Почему? Что это значит? Что произошло? Когда это могло быть? Кто это мог совершить? Какими мотивами мог руководствоваться преступник?» и пр.

Мыслительная деятельность следователя в процессе осмотра места происшествия, анализ следов преступления неизбежно приводят к формированию определенных версий. Нередко выдвигаемые при этом версии становятся основными, их проверка позволяет раскрыть преступление. Характерным в этом отношении является дело об убийстве гр-ки Ивановой, труп которой был обнаружен в ее квартире. При проведении осмотра места происшествия в квартире потерпевшей были обнаружены множество следов крови и три орудия, использованные преступником: топор, нож и стул, на которых имелись эти следы. Ценные вещи оказались нетронутыми, но вместе с тем исчезли некоторые носильные вещи: старое пальто, байковый халат, головной платок и наволочка. Связав воедино эти данные, следователь пришел к предварительному выводу: убийство совершено женщиной. Этому в немалой степени способствовало возникшее у него представление о том, что произошло. Многочисленные следы крови в разных частях комнаты, несколько орудий, использованных преступником, свидетельствовали о продолжительной борьбе, которая могла происходить лишь при том условии, что преступник не был значительно сильнее своей жертвы. При такой борьбе на одежде преступника не могли не остаться следы крови, в связи с чем возникла необходимость переодеться. Очевидно, именно поэтому исчезли старое пальто, халат и платок. Такой одеждой могла воспользоваться женщина, подбиравшая вещи по размеру, безотносительно к их ценности. Поскольку одежды преступницы в квартире не оказалось, напрашивался вывод, что она вынесла ее, использовав для этого наволочку.

Дальнейшее расследование полностью подтвердило выдвинутую следователем при осмотре места происшествия версию относительно обстоятельств совершенного преступления и личности преступника (им действительно оказалась женщина).

^ Осмотр места происшествия позволяет получить необходимые сведения о многих особенностях личности преступника. Преступление как один из видов сознательной, целенаправленной деятельности человека приводит к достижению преступного результата (убийство, кража, изнасилование, хищение и т.д.), в котором находят отражение многие особенности личности (потребности, интересы, мотивы, эмоционально-волевые качества, характерологические черты и пр.). Все это позволяет прослеживать объективно существующую причинную связь между результатом преступных действий и личностью правонарушителя. Эта связь может проявляться в определенных материальных изменениях обстановки места происшествия.

Информация о личности преступника, получаемая в результате осмотра места происшествия, условно может быть разделена на относительно бесспорную и носящую вероятностный характер. Например, выявление того, что преступник проник к месту хранения ценностей через небольшое отверстие в потолке или стене, указывает на бесспорную связь между способом проникновения и телосложением преступника, которым мог быть либо подросток, либо очень худощавый и узкоплечий мужчина. Установление же при осмотре места происшествия (убийства) тех фактов, что преступник проник в квартиру ночью; что дверь ему открыл сам потерпевший (отсутствуют следы взлома); что нападение было неожиданным (отсутствуют следы борьбы), позволяет следователю лишь предполагать, что это мог быть человек, хорошо знакомый потерпевшему, поскольку допустимы и иные причинные связи между способом проникновения, обстановкой происшествия и личностью преступника.

Очевидно, что факты, обстоятельства, наблюдаемые следователем при осмотре места происшествия, носят объективный характер, достоверны сами по себе. Однако протекающая на их основе мыслительная деятельность следователя, избираемые им версии, устанавливаемые причинные связи между наблюдаемыми фактами, обстоятельствами сами по себе только вероятностны и могут привести как к правильным, так и неверным выводам.

Информация, получаемая при осмотре места происшествия, во многих случаях позволяет определить пол преступника. Такая возможность появляется при анализе вида, способа совершенного преступления, объекта посягательства. Известно, что некоторые виды преступлений являются специфически «мужскими» (хулиганство, грабежи, разбои, изнасилование, убийство с изнасилованием и некоторые другие). Существуют преступления, которые в подавляющем большинстве совершаются женщинами (например, убийство новорожденных детей). На пол преступника может указывать и анализ способа совершения преступления. Так, взлом сейфа, его перемещение требуют значительных физических усилий, что присуще мужчинам. Установление при осмотре места происшествия этих обстоятельств дает основание полагать, что преступник – мужчина. Напротив, обнаружение при осмотре места происшествия того, что преступник не отличался физической силой, дает в известной степени возможность предположить, что они были совершены либо женщиной, либо подростком. На пол преступника могут указывать и характерные следы, оставленные на месте происшествия: следы губной помады на окурках, посуде, шпильки, заколки и другие предметы женского туалета; портсигар, мундштук для сигарет и прочие вещи, обычно принадлежащие мужчине.

Место происшествия может содержать и определенную информацию о возрасте преступника. Чаще всего она позволяет определить, взрослыми или несовершеннолетними правонарушителями было совершено преступление. Ценную информацию о возрасте преступника можно получить путем анализа сведений о виде и характере совершенного преступления, его мотивов, обусловленных специфическим кругом потребностей, интересов, направленности личности. Эти психологические особенности личности взрослого человека и несовершеннолетнего зачастую не совпадают. Анализ следственной практики показывает, например, что если взрослые преступники при кражах обычно в первую очередь забирают деньги, самые дорогие и дефицитные товары, ценности, то несовершеннолетние – спиртные напитки, сладости, часы, радиоаппаратуру, спортинвентарь, модную одежду. При этом их действия не всегда в достаточной степени целенаправлены, рациональны и сопровождаются элементами озорства.

В ряде случаев можно проследить определенную зависимость между возрастом правонарушителей и выбором ими орудий совершения преступления, приемов и навыков преступных действий. Взрослые правонарушители нередко используют свои производственные, трудовые умения и навыки, применяют в качестве орудий преступления инструменты, которыми пользуются в трудовой деятельности. Несовершеннолетние вследствие отсутствия трудового, производственного опыта, соответствующих приемов и навыков используют навыки житейского назначения, применяют в качестве орудий совершения преступления предметы повседневного обихода, не имеющие связи с производственной деятельностью человека.

Осмотр места происшествия может дать определенную информацию о различных потребностях, привычках преступника: курении, злоупотреблении алкоголем, половых извращениях, употреблении наркотиков. Например, совершение краж из аптек, больниц, аптечных киосков, когда были похищены медикаменты, обладающие наркотическими свойствами, дает основание для вывода о том, что преступник является наркоманом; совершение нескольких убийств и изнасилований, сопровождавшихся половыми извращениями, позволяет выдвинуть версию о том, что все эти преступления были совершены одним лицом.

Анализ при осмотре места происшествия объекта посягательства, способов и орудий совершения преступления, способов сокрытия следов, создания инсценировок позволяет определить профессию, профессиональные навыки, знания и умения преступников. Обстановка места происшествия позволяет находить как материализованное отражение, так и многие психологические качества, состояния преступника. Правда, следует иметь в виду, что причинная связь между психологическими особенностями личности преступника и изменениями в обстановке места происшествия носит более сложный и многозначный характер. Изучение обстановки места происшествия позволяет предполагать наличие конкретных психологических качеств преступника: злобность, жестокость, жадность, трусость, решительность и т.п. Например, такие волевые качества, как смелость, дерзость, решительность, могут определять способы совершения правонарушений, основанные на неожиданности, внезапности, применении физического насилия. Осторожные, нерешительные, трусливые лица скорее предпочтут способы, не связанные с насилием, с преодолением сопротивления потерпевшего.

Обстановка места происшествия в ряде случаев может отразить и эмоциональные особенности, состояния лица, испытываемые им в момент совершения преступления. Например, то, что преступник при краже взял лишь некоторые ценности, лежавшие на виду, не прошел в дальнюю комнату квартиры, где находились более дорогие вещи, то, что он действовал нерасчетливо, непродуманно, поспешно, порой может свидетельствовать о таких эмоциональных состояниях правонарушителя, как растерянность, неуверенность, боязнь. Если же преступник точно выбрал момент совершения преступления, действовал продуманно и последовательно, отобрал наиболее ценные вещи, принял меры к уничтожению своих следов, от начала до конца действовал рационально и предусмотрительно (не нарушил обстановки квартиры, погасил свет, запер за собой дверь при уходе и т.п.), то можно с уверенностью говорить о таких его качествах, как расчетливость, осмотрительность, опытность.

10.3. Психология обыска

В психологическом аспекте обыск – это сложное следственное действие. Имея во многих случаях представление об объектах, которые требуется разыскать, следователь и другие участники обыска не знают их точного местонахождения. Именно процесс установления неизвестного придает этому виду процессуальной деятельности следователя проблемный характер.

Проведение обыска предполагает применение следователем разнообразных психологических качеств, профессиональных знаний, умений и навыков. Если следователь к моменту производства обыска не обладает даже приблизительными сведениями о местонахождении разыскиваемых орудий преступления, предметов и ценностей, добытых преступным путем, то наибольшую сложность будет представлять мыслительный процесс решения задач по определению возможных мест укрытия искомого. Следует особо подчеркнуть, что при проведении обыска, как и при производстве любых других следственных, процессуальных действий мыслительная, познавательная деятельность всегда является доминирующей по отношению ко всем другим психологическим качествам, умениям и навыкам.

При проведении обыска следователь, как правило, не может ставить перед собой задачу с одинаковой тщательностью и равномерным распределением сил осмотреть и проверить каждый квадратный сантиметр обыскиваемой площади. Действиям следователя по розыску укрытого должна предшествовать мысль о наиболее вероятных местах и способах укрытия в зависимости от физических характеристик разыскиваемых предметов, осматриваемого помещения, личности преступника. Такая мыслительная деятельность следователя в процессе обыска находит свое выражение в разработке, выдвижении поисковых версий.

При проведении обыска важная роль принадлежит организаторской деятельности следователя. Как правило, он призван организовать подготовку к проведению обыска, подобрать участников поисковой группы, распределить между ними обязанности и избрать тактику проведения обыска. В этом аспекте обыск представляет собой сложное действие, требующее планирования, взаимодействия между его участниками.

Эффективность производства обыска в немалой степени зависит от проявления следователем, другими его участниками разнообразных психологических качеств и состояний. На протяжении обыска важно сохранять целенаправленность и устойчивость внимания. Поскольку обыск зачастую трудоемкое, длительное и однообразное действие, требуется применять определенные методы по сохранению устойчивости и целенаправленности внимания. К их числу можно отнести соблюдение строгой дисциплины между участниками, запрещение отвлекать друг друга посторонними занятиями и разговорами, взаимный обмен различной по характеру работой (например, при появлении признаков усталости, вызванной однообразной деятельностью по изучению обнаруженных документов, следователь может попросить сотрудника милиции продолжить эту работу, занявшись осмотром участка, т.е. работой последнего), организацию непродолжительного перерыва через каждые час-полтора работы. При проведении обыска профессионально необходимыми качествами для следователя, других его участников является проявление ими выдержки, самообладания. Обыск в квартире, личный обыск затрагивают существенные права и интересы обыскиваемых, вызывая у них в связи с этим значительные эмоциональные переживания. Это означает, что обыск во многих случаях осуществляется в довольно острой конфликтной ситуации, может сопровождаться напряженностью, сложной психологической атмосферой, проявлением неприязни, раздражения, попыток оскорбления, ссор, эксцессов. В этих нелегких условиях особенно важно, чтобы следователь, другие участники обыска проявляли самообладание, выдержку, сдержанность, корректное, вежливое отношение к обыскиваемому, членам его семьи.

В процессе обыска его участники ведут наблюдение, объектами которого являются окружающая обстановка, предметы, поведение людей, а в некоторых случаях – животных и птиц. Наблюдение за окружающей обстановкой, предметами позволяет определить наиболее вероятные места и способы укрытия искомого. Путем наблюдения за поведением обыскиваемого, членов его семьи можно выявить признаки, указывающие на места сокрытия следов, орудий преступления, разыскиваемых документов, ценностей. Наконец, наблюдение за поведением животных и птиц также позволяет выявить места укрытия. Так, известно, что некоторые домашние животные проявляют беспокойство вблизи местонахождения трупа. Собаки, птицы своим возбужденным поведением могут указать на места укрытия людей и т.п.

Например, следственно-оперативная группа проводила обыск в усадьбе, хозяин который без вести пропал за два года до того. Жена утверждала, что он ее бросил и поехал на заработки в другую область. Следователь осмотрел помещение жилого дома и перешел к хозяйственным постройкам. В одном из помещений находилась свинья, которую следователь приказал выпустить во двор, чтобы осмотреть и это помещение. Свинья направилась в угол двора за хлевом и стала там рыться в земле. Хозяйка прогнала ее, но свинья снова вернулась на это место и снова хозяйка прогнала ее, хотя там был пустырь. Закончив осмотр хлева, следователь направился на то место, где рылась свинья и приказал его раскопать. Как раз там и был обнаружен закопанный на глубину до полутора метров труп хозяина. Поведение некоторых домашних и диких животных и птиц может быть ориентиром при поисках. Следовватель обратил внимание также на поведение хозяйки, которая не прогнала свинью, когда та зашла на огород, а прогнала, когда та стала рыться на пустыре1.

Психологическое воздействие на следователя оказывает и обстановка, которую он застает на месте производства обыска. В зависимости от вида расследуемого преступления, характера искомых предметов у следователя формируется определенный стереотип ожидаемого в квартире обвиняемого. Совпадение или несовпадение этого стереотипа с действительностью вызывают у следователя, других участников обыска соответствующие эмоциональные состояния. Например, при проведении обыска на квартире лица, обвиняемого в организации крупного хищения, следователь ожидает увидеть наличие у него богатой обстановки, предметов роскоши, множества дорогих вещей и т.п. При совпадении такого сложившегося стереотипа с ожидаемой реальной обстановкой следователь, другие участники обыска ощущают определенную уверенность, надеются на успех, испытывают положительные эмоции; у них наблюдается повышение активности. Напротив, обнаружив, что в квартире обвиняемого в хищении более чем скромная обстановка, следователь может испытывать чувство неуверенности, сомнения, и все это способно снижать его активность, целеустремленность, отражаться на ходе производства обыска. Поэтому следователь должен хорошо представлять себе возможность отрицательного психологического воздействия обстановки обыска. Известно немало случаев предварительной подготовки преступников к возможному обыску в их квартирах, когда они прячут, вывозят наиболее ценные вещи, создают иные ложные признаки отсутствия искомого.

Так, в квартире подозреваемого в крупных финансовых злоупотреблениях следователь проводил обыск. Были пересмотрены книги в библиотеке, осмотрены документы в рабочей комнате хозяина «простукан» пол, обыск завершался удачно. В самом начале, когда хозяину было предъявлено постановление на обыск, он добровольно выдал 12 тыс. долларов, в одном из ящиков шкафа было найдено еще 20 тыс. немецких марок.

Жена подозреваемого все время стояла, прислонившись спиной к стене в одном месте, спокойно наблюдая за обыском. Перед тем как предложить участникам подписать протокол обыска, следователь попросил хозяйку отойти, простучал стену и в 20 см от пола услышал иной звук, чем в других местах. Следователь приказал снять штукатурку и в нише стены был найден тайник, в котором были спрятаны 350 тыс. долларов и ювелирные изделия на большую сумму денег.

Как будто все просто. Хозяин рассчитал, что получив определенную сумму в валюте, другую сумму выявив при проведении обыска, следователь ограничится этими результатами, а основная сумма останется не выявленной. Следователь, наоборот, в том, что хозяин добровольно выдал значительную сумму, а другая фактически не была спрятана, заподозрил стремление отвлечь его внимание и незаметно следил за членами семьи. Следователь на протяжении всего обыска, который продолжался почти пять часов, был внимателен и ни одна деталь не была им упущена1.

Психологическое воздействие на следователя могут оказывать и другие элементы обстановки. Например, наличие загроможденных, захламленных помещений, грязные предметы и вещи вызывают у участников обыска естественные для каждого человека брезгливость и отвращение. Однако очень важно уметь заставить себя преодолеть их и с не меньшей тщательностью осматривать самые неприглядные места квартиры. При этом следует помнить, что преступники в расчете на брезгливость нередко прячут оружие, деньги, ценности именно среди таких предметов.

Представляя наиболее вероятные места и способы укрытия искомого, следователь тем самым решает задачу по определению доминанты прячущего. Предвидя возможность обыска, преступник стремится спрятать орудия преступления, деньги, ценности таким образом, чтобы посторонние лица не смогли их найти. С этой целью он обычно не использует места, предметы, предназначенные для обычного хранения вещей, денег, ценностей (например, шкафы, чемоданы, ящики стола и т.п.), а избирает в качестве тайников и хранилищ места, предметы совсем другого назначения.

Решая вопрос о возможных местах и способах укрытия, следователь должен учитывать совокупность объективных и субъективных факторов. Объективные факторы включают в себя обстановку места обыска и характеристику искомых предметов.

Действия преступника по выбору мест и способов укрытия не являются полностью свободными, а детерминированы рядом факторов, обстоятельств, в том числе и обстановкой его дома, квартиры. Существующая обстановка определяет возможности лица по оборудованию им тайников. Так, наличие приусадебного участка, дачи, сада позволяет преступнику делать тайники в земле, в деревьях; напротив, отсутствие их лишает его такой возможности.

Возможности укрытия, а следовательно, и направление поисков обусловлены также физическими, химическими и иными качествами укрываемых предметов. Например, крупные размеры предметов, добытых преступным путем, не позволяют спрятать их незаметно среди обычной обстановки квартиры; физико-химические свойства золота, платины дают возможность хранить драгоценности в земле, в воде, среди продуктов питания и т.д. Поэтому для целенаправленного проведения обыска необходимо представлять, как должны выглядеть искомые предметы, знать их основные качества, признаки, свойства.

Однако при этом следует считаться с возможными попытками преступников изменить внешний вид разыскиваемых предметов, создав тем самым их субъективную недоступность для ищущих. С этой целью предметы могут перекрашиваться, переделываться, вещи перешиваться и т.п. (например, преступник изготовил из похищенного промышленного золота крючки, закрасил их и укрепил в коридоре в качестве вешалки для одежды).

Выбор мест и способов укрытия причинно обусловлен и многими особенностями личности преступника, которые следователь должен учитывать при производстве обыска. Например, такой выбор зависит от пола преступника. Так, у мужчин и женщин в силу их положения в обществе, в семье, их психологических различий часто не совпадают интересы, знания, навыки, умения, склонности, физические возможности, что находит свое отражение в выборе способов укрытия. Например, оборудование ряда тайников в полу, в стенах требует значительных физических усилий, что обычно не под силу женщине. Специфические интересы, знания, умения, навыки мужчин иногда обусловливают создание тайников в корпусах и механизмах телевизоров, радиоприемников, магнитофонов и других электробытовых приборов. По данным исследований, у мужчин значительное количество способов укрытия связано с теми или иными техническими навыками. Женщины устраивают тайники и хранилища чаще всего среди обычных бытовых предметов, продуктов питания, консервированных фруктов и овощей.

При решении задачи выяснения наиболее возможных мест и способов укрытия следует учитывать и возрастные особенности обыскиваемых. Возраст человека в значительной степени определяет опыт, интересы, знания, склонности, характерологические качества, эмоциональные особенности. Но в свою очередь все эти качества личности, определяемые возрастом, обусловливают выбор мест и способов укрытия. Так, проведенное нами исследование показало, что несовершеннолетним правонарушителям присущи две противоположные тенденции. Во многих случаях они допускают небрежность, оставляя орудия преступления, ценности, добытые преступным путем, в легкодоступных и обозримых местах, на виду, среди своих личных вещей, а зачастую вообще не принимают никаких специальных мер по их укрытию. Такая тенденция связана с недостаточным жизненным опытом подростков, такими их личностными качествами, как беспечность, нерасчетливость, неосторожность. Иногда у несовершеннолетних наблюдается и противоположная тенденция, заключающаяся в том, что они, пытаясь подражать литературным персонажам детективов и «героям» приключенческих фильмов, более или менее успешно оборудуют различные хитроумные тайники, заранее инсценируют предполагаемые места обыска и пр. Определенную роль при этом играют и такие психологические качества несовершеннолетних, как высокоразвитая фантазия, воображение, гибкость ума, нестандартность мышления.

При проведении обыска желательно учитывать и такие особенности личности обвиняемого, как его образование, культурный уровень, умственные качества, интеллект и т.п. Избирая место и способ укрытия, преступник прежде всего решает своеобразную задачу, которую можно условно разделить на две стадии: принятие решения (мыслительную стадию – где и как лучше всего спрятать) и реализация решения (практическую стадию). В решении этой задачи проявляются различные качества личности, причем они играют неодинаковую роль при решении этой двуединой задачи. Если в принятии решения больше участвуют ум, воображение, знания, опыт лица, то при реализации на первое место выступают такие качества, как физические возможности, умения, навыки.

Можно проследить, как некоторые из указанных качеств личности предопределяют выбор мест и способов укрытия. Так, образование, культурный уровень человека определяют его знания об обществе, природе, отношениях между людьми, имеющие большое значение при выборе места и способа укрытия. Знание же физико-химических свойств промышленного золота позволяет расхитителям, валютчикам избирать следующий способ: промышленное золото рассыпается на определенном участке земли. Обнаружить спрятанное таким образом золото довольно трудно. Преступник же в случае необходимости может легко извлечь его путем промывания земли водой. При этом тяжелые частицы золота обязательно осядут на дно. Знание основ психологии, понимание психологической установки (например, следователя) на обязательные поиски, отсутствие внимания к тому, что лежит на виду, на поверхности, позволяют преступнику умышленно избрать прием, основанный на создании такого рода субъективной недоступности для ищущего.

На выбор мест и способов укрытия значительное влияние оказывают профессия, профессиональные навыки и умения лица. Так, профессия человека нередко определяет наличие у него тех или иных инструментов, орудий, сырья, материалов, которые могут быть использованы для создания тайников, укрытия следов и орудий преступления. Профессия может определять и физические возможности человека (например, его силу, ловкость), что также имеет отношение способу укрытия. Профессия человека воздействует и на многие стороны его личности: интересы, взгляды, направленность внимания, память, воображение, наблюдательность, знания, опыт, умения, навыки. Все эти качества также причинно связаны с выбором мест и способов укрытия, поэтому требуют определенного учета.

При разработке тактики обыска желательно учитывать и совокупность характерологических, эмоциональных, волевых качеств обвиняемого. Например, обвиняемый, обладающий такими волевыми качествами, как решимость, выдержка, смелость часто более уверенно ведет себя в момент обыска, способен проявлять внешнее равнодушие, безразличие даже на самых его «критических» этапах. Проявление растерянности вместо спокойствия, страха вместо равнодушия, раздражения после ровного выдержанного поведения, подавленности, сменившей бодрый вид, внезапный гнев, истерическая вспышка – эти, равно как и другие, изменения эмоционального состояния обыскиваемого должны быть отмечены и логически сопоставлены с ходом обыска. При проведении обыска важно, чтобы его участники (и прежде всего сам следователь) наблюдали за особенностями поведения обыскиваемого и членов его семьи. Для преступника, членов его семьи, знающих о местах укрытия разыскиваемых предметов, обыск является действием, которое весьма серьезно затрагивает их интересы, приводит их в состояние сильной эмоциональной напряженности. Скрыть все психофизиологические проявления этой напряженности удается весьма редко. Они могут проявлять себя в различных актах поведения, психофизиологических реакциях (побледнение или покраснение, изменение тембра голоса, появление дрожания рук и т.п.).

Особое внимание следует обращать на такие поведенческие акты, как попытки: 1) отвлечь внимание участников обыска от осмотра определенных участков и предметов; 2) внушить представление о несущественности, незначительности каких-либо обысков (например, на вопрос следователя, что находится в чулане, жена обвиняемого отвечает, что там различные грязные, старые вещи, выражает опасение, что участники обыска только «зря потеряют время» на их осмотр и т.п.); 3) замаскировать и закрыть доступ к каким-либо участкам помещения, определенным предметам. От внимания следователя не должно ускальзывать появление явных признаков волнения, попытки оказать противодействие ищущим, возникновение всякого рода споров, ссор, эксцессов и пр. Указанные реакции могут свидетельствовать о приближении участников обыска к местам укрытия искомого.

Психологического подхода требует оценка обстановки квартиры, отдельных обнаруженных в ней вещей, предметов. Домашняя обстановка в большинстве случаев является результатом продуманной деятельности человека, отражает его материальное и общественное положение, взгляды, интересы, потребности, кругозор, склонности, увлечения, нравственные и этические представления. Поэтому обнаружение в квартире обвиняемого вещей, предметов, не соответствующих его образу жизни, интересам и т.п., должно привлечь внимание следователя. Целесообразно заслушать по отдельности объяснения обвиняемого, членов его семьи относительно появления таких предметов в их квартире.

10.4. Психология опознания

В психологическом аспекте опознание – это следственное действие, состоящее из двух стадий: подготовительной (предварительный допрос об обстоятельствах, при которых опознающие наблюдали соответствующее лицо или предмет и о приметах и особенностях, по которым они могут провести опознание) и стадии собственно опознания.

На подготовительной стадии в процессе допроса, предшествующего опознанию, следует учитывать самые различные психофизиологические особенности самого опознающего лица: его психическое состояние в момент восприятия события преступления, физические особенности ранее воспринимавшихся им людей или предметов.

Восприятие человеком других людей может быть как объективным, так и субъективным. Первое заключается в том, что человек, воспринимая других людей, предметы, отражает объективно существующую реальность. Субъективное восприятие зависит от множества личностных, психологических, физических качеств и состояний лица. Следует указать на некоторые из таких зависимостей. Оценка и описание признаков другого человека в значительной степени обусловлены индивидуальными особенностями самих опознающих. Так, замечено, что люди невысокого роста обычно склонны преувеличивать рост других людей, и наоборот. Следственная практика знает немало случаев, когда потерпевший (свидетель) низкого роста называл преступника «высоким» или даже «очень высоким», в то время как это не соответствовало действительности. Молодые люди в большинстве случаев преувеличивают в своих показаниях возраст людей, которые значительно старше их, могут при этом назвать 40-45 летнего человека «старым». Напротив, пожилые люди зачастую имеют тенденцию к недооценке возраста всех людей, которые моложе их. В показаниях таких лиц субъекты 30-40 лет именуются «молодыми людьми». Вообще говоря о возрасте, следует иметь в виду, что он, по наблюдениям психологов, по сравнению с другими признаками внешности человека труднее поддается установлению. Возрастные черты менее определенны: чем моложе человек, тем выше точность определения возраста. Например, известно, что наибольшая точность достигается в тех случаях, когда опознаваемый не старше 25 лет. Человек может выглядеть старше или моложе в зависимости от ряда обстоятельств. Так, очки, одежда устарелых фасонов и темной расцветки, неблагоприятное физическое состояние, плохое настроение, как известно, приводят к тому, что человек выглядит старше своих лет.

При оценке признаков внешности, свойств предмета немалое значение имеют возраст, жизненный и профессиональный опыт, интересы, знания опознающего. Дети, подростки могут плохо представлять возраст взрослых людей, недостаточно знать признаки одежды, не разбираться в наименованиях цвета, не уметь определять размеры, расстояние. Портной, как правило, сможет дать обстоятельную характеристику признаков одежды наблюдаемого человека; художник – определить черты внешности; механик, водитель, автолюбитель – модель, тип, особенности автомашины и т.д.

При описании ранее воспринимавшейся личности за основу берутся не все, а совокупность отдельных, так называемых опорных признаков. К ним могут быть отнесены рост, возраст, телосложение, черты лица, движения, речь. На практике, как показывают исследования психологов, наблюдатель обычно фиксирует форму лица, носа, величину и форму лба, бровей, рта, губ, подбородка, цвет глаз. Известно, что наибольшую информацию для криминалистических целей могут дать те свидетели (потерпевшие), которые умеют запоминать, выделять особые приметы наблюдаемого человека. К сожалению, такая способность встречается (если судить на основе экспериментальных данных) сравнительно редко.

Жизненный опыт, равно как и многочисленные психологические наблюдения, показывает, что одними из наиболее надежных признаков, по которым мы узнаем людей, являются особенности их голоса и речи. В то же время известно, что подавляющее большинство людей испытывают особые затруднения при описании голоса и речи. Поэтому в процессе допроса целесообразно разъяснять опознающему содержание основных признаков, характеризующих голос и речь человека. Во многих случаях, чтобы достичь полного понимания указанных признаков, желательно предложить опознающему прослушать запись речи различных (не относящихся к данному делу) людей. То же самое следует сказать и об описании на допросе, предшествующем опознанию, наиболее характерных жестов, мимики, походки. Можно рекомендовать постоянно пользоваться различными справочниками, таблицами, иллюстрациями, диапозитивами, рисунками, фотоснимками, характеризующими признаки и особенности людей, животных, предметов, которые могут стать объектами опознания. При этом полезно не просто демонстрировать их опознающему, а объяснять терминологию разнообразных признаков и свойств.

В процессе допроса и последующего опознания следственным и судебным работникам довольно часто приходится встречаться с весьма любопытным психологическим феноменом: описание ранее виденного человека (предмета) значительно сложнее, чем его последующее узнавание. Чтобы убедиться в наличии такого психологического феномена, достаточно попробовать описать письменно или даже устно признаки любого хорошо знакомого человека. Указанное обстоятельство объясняет встречающуюся в материалах уголовных дел неполноту, фрагментарность признаков опознаваемых людей и предметов в протоколах допросов и опознаний. Нельзя при этом также не учитывать, что многие признаки людей и предметов почти не поддаются словесному описанию.

Констатация указанного психологического феномена требует от следователя не спешить с выводами относительно возможности узнавания свидетелями (потерпевшими) только на основе тех признаков, которые они смогли назвать на допросе, предшествующему опознанию. Нередко, не сумев на допросе указать каких-либо особых примет преступника, назвав два-три самых общих признака его внешности, потерпевшие (свидетели) уверенно узнают его при проведении опознания. Вот почему не только с позиций закона, но и с учетом психологических рекомендаций недопустим всякий отказ от проведения опознания, если свидетели (потерпевшие) затрудняются сколько-нибудь подробно описать признаки ранее воспринимавшегося человека или предмета1.

Для правильной оценки проводимого опознания важно знать механизм узнавания. Психологи различают два основных вида узнавания: 1) симультанное (синтетическое) и 2) сукцессивное (аналитическое). Первое – это узнавание сразу, одномоментно, когда происходит мгновенное совпадение образов человека (предмета), находящихся в памяти узнающего и наблюдаемого им в момент предъявления для опознания. Второе – происходит постепенно, путем мысленного сравнения, отбора, сопоставления признаков объекта, находящихся в памяти и воспринимаемых при опознании. Хотя, на первый взгляд, сукцессивное узнавание, в основе которого лежит мыслительный процесс анализа, синтеза, кажется более надежным, однако многочисленные наблюдения и практические данные опровергают это. В действительности более надежным является именно симультанное (синтетическое) узнавание (М.С.Шехтер).

Существенное значение в психологическом плане является организация подготовки к опознанию и его проведение. Несмотря на наличие серьезных процессуальных правил и криминалистических рекомендаций по подготовке и проведению опознания нужно учитывать и некоторые психологические моменты.

Важно избегать тенденциозного, заранее ориентированного восприятия опознающими предъявляемых им людей, предметов. Справедливо в этой связи отмечает В.Л.Васильев: «Среди них могут быть детали, бросающиеся в глаза каждому (например, наголо остриженная голова у одного из лиц, предъявленных на опознание), могут быть и менее заметные: двухдневная щетина на щеках, отсутствие шнурков в ботинках, помятая одежда, отсутствие пояса в брюках и т.п. Указанные детали, как правило, свидетельствующие о нахождении лица в КПЗ, могут привести к тенденциозному восприятию образа и повлечь ошибки в опознании1». Очевидно, что в данном случае подозреваемого следует предъявлять одновременно с другими лицами, также задержанными. В процессе проведения опознания необходимо наблюдать за особенностями поведения как опознаваемого, так и опознающего. Наблюдая за поведением опознаваемого, можно обнаружить признаки, указывающие на его страх быть узнанным, попытки затруднить опознание, эмоциональное напряжение, вызванное самим моментом узнавания. Указанные признаки имеют оперативно-тактическое, а в некоторых случаях и доказательственное значение. Следует иметь в виду, что опознание по своей психологической природе высокоэмоциональное действие, как правило, приводящее преступника в состояние сильнейшей психической напряженности. Поэтому в случае успешного опознания, узнавания подозреваемого потерпевшими и свидетелями очень полезно сразу же после окончания этого следственного действия допросить опознанного. Анализ следственной практики показывает, что во многих подобных случаях преступники начинают давать правдивые показания.

Наблюдение за особенностями поведения опознающего позволяет решать следующие задачи. 1. Определить, насколько уверенно лицо опознает. При этом имеет значение оценка словесного выражения узнавания (например, «уверенно узнаю», «сразу узнал», «кажется, что это он» и т.п.). Целесообразно с этих же позиций оценивать жесты, мимику, движения опознающего. 2. В некоторых случаях, наблюдая за поведением опознающих, можно выявить признаки, указывающие на умышленное нежелание опознать преступника, предъявляемый предмет. В таких случаях следователю предстоит нейтрализовать причины подобного поведения опознающих.

С целью предотвращения ложных опознаний подозреваемых следует при подборе ряда людей:

– ставить в один ряд с подозреваемым людей внешне достаточно похожих на него, а не резко отличающихся (по внешности, одежде);

– предложить подозреваемому или лицу, предъявляемому для опознания, занять любое место среди других предъявляемых лиц;

– можно предложить опознающим лицам (например, свидетелям «пустой» ряд, без лица, которое опознается и отсеять тех свидетелей, кто совершает ложное опознание); те, кто не дает такой ошибки, окажутся более точными, когда будут рассматривать ряд лиц с подозреваемым (свидетели, склонны выбирать тех, кто больше похож на преступника) – предложить свидетелям отвечать «да» или «нет» на последовательное предъявление ряда с подозреваемым.

10.5. Психология следственного эксперимента
(проверка показаний на месте)

^ Следственный эксперимент проводится с целью проверки фактической возможности и особенностей осуществления определенного действия, события или явления в определенных условиях. В процессе его проведения создаются условия максимально приближенные к событию преступления (реконструкция, моделирование).

Следственный эксперимент может быть направлен на определение сенсорно-перцептивных возможностей человека: видеть, слышать, различать, опознавать какие-либо предметы, объекты или их отдельные признаки. Для этого создаются условия максимально приближенные к прошлому (например, воспроизводятся различные звуковые сигналы, освещение и т.д.), благодаря чему проверяется чувствительность анализаторных систем и ее пороги в зависимости от возраста, профессии, индивидуальных особенностей. Сенсибилизация (одна из закономерностей ощущений человека) – это повышение чувствительности анализатора в результате профессиональной тренировки или как компенсации природного дефекта.

Известно, что специалисты по раскраске тканей различают
до 40 оттенков только черного цвета, специалисты парфюмерных предприятий – десятки, а то и сотни запахов. Повышенная вкусовая и обонятельная чувствительность у дегустаторов сыра, чая, вина и т.п., слуховая – у слепых. В следственной практике известен случай опознания слепым человеком, невольным свидетелем преступления, преступника по звуку его шагов.

Проверяются возможности памяти испытуемого в следственном эксперименте (например, эйдетическая память (образная память-фотография) позволяет сохранять ранее воспринятое со множеством разнообразных деталей. В следственном эксперименте исследуются возможности совершения субъектом определенных действий, наличие у него тех или иных двигательных навыков, умений.

Для этого исследуется динамика совершения таких действий. Хотя возможности следственного эксперимента в этом случае могут ограничиваться нереальностью точного воспроизведения действий, если они в момент события преступления разворачивались у субъекта, находившегося в состоянии аффекта, фрустрации, стресса, страха и т.п. Эти психические состояния оказывают существенное влияние на поведение человека.

Следственный эксперимент может быть направлен на выявление объективной возможности существования какого-либо явления, определенной закономерности, связанной с происшествием. Например, следственный эксперимент при расследовании происшествий, связанных с нарушением техники безопасности, напоминает стендовые испытания.

Проведение следственных экспериментов часто требует привлечения специалистов обладающих профессиональными знаниями в области техники, психологии, медицины и пр. В этих целях используются видеосъемка, технические средства.

Своеобразной разновидностью следственного эксперимента является проверка показаний на месте. Она осуществляется для установления соответствия или несоответствия показаний обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего или свидетеля обстановке места события. Для получения дополнительной информации используются такие сведения:

– о месте преступления;

– о пути следования;

– о местонахождении имеющих значение для следствия предметов;

– о неизвестных следствию лицах;

– для установления и уточнения отдельных обстоятельств происшествия и др.

2-razlichnie-aspekti-voli-vsemi-pravami-na-izdanie-knigi-vladeet-lyucis-trast.html
2-razmeshenie-vremennih-obektov-na-territorii-municipalnogo-obrazovaniya-polozhenie-o-pravotvorcheskoj-iniciative-grazhdan.html
2-razrabotka-arm-dlya-resheniya-zadach-tpp-i-osobennosti-ispolzovaniya-paketov-prikladnih-programm.html
2-razrabotka-kotlovanov-pravila-proizvodstva-i-priemki-rabot-chast-iii-kontaktnie-seti-elektrificirovannogo-transporta-glava-41.html
2-razrabotka-tehnologicheskogo-processa-materialovedenie-tehnologiya-konstrukcionnih-materialov.html
2-razvedivatelnie-organi-i-sposobi-ih-dejstvij-orientirovanie-opredelenie-koordinat-obnaruzhennih-obektov-celeukazanie-92.html
  • occupation.bystrickaya.ru/ob-otdelnih-resheniyah-prinyatih-sovetom-direktorov-nablyudatelnim-sovetom-emitenta.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/programma-razrabotana-v-sootvetstvii-s.html
  • turn.bystrickaya.ru/podprogramma-141-operativnaya-deyatelnost-v-ramkah-madridskoj-gaagskoj-i-lissabonskoj-sistem.html
  • studies.bystrickaya.ru/ekzamen-u-nas-v-shkole.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/programma-obnovlenie-gumanitarnogo-obrazovaniya-v-rossii-a-p-cigankov-sovremennie-politicheskie-rezhimi-struktura-tipologiya-dinamika-uchebnoe-posobie.html
  • thescience.bystrickaya.ru/kafedra-grafika-plana-izdaniya-uchebno-metodicheskoj-literaturi.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/pravovie-ramochnie-osnovi-gumanitarnogo-sotrudnichestva.html
  • composition.bystrickaya.ru/piter-dalee-vezde-rossijskaya-gazeta-20012007-11-str-1-gosduma-rf-monitoring-smi-20-22-yanvarya-2007-g.html
  • grade.bystrickaya.ru/n---1330-1500-ned-disciplina-vid-zanyatiya-prepodavatel-mesto-provedeniya-zanyatiya.html
  • lecture.bystrickaya.ru/a-l-virovlyanskij-o-p-galkin.html
  • literature.bystrickaya.ru/diplomirovannogo-specialista-stranica-6.html
  • spur.bystrickaya.ru/kulturno-prosvetno-drushtvo-dok-kucura-rusini-karpatskoj-rusi-problemnie-voprosi-istorii-i-sovremennost.html
  • textbook.bystrickaya.ru/informacionnij-byulleten-5-maya-2012-goda-stranica-2.html
  • exchangerate.bystrickaya.ru/grazhdansko-pravovoj-institut-zashiti-prava-sobstvennosti.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/zapis-pervonachala-programma-61-oznachayushee-i-istina-62-zapisannoe-bitie-64.html
  • uchebnik.bystrickaya.ru/uchebnoe-posobie-tomsk-2008-g-vvedenie.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/metodicheskie-ukazaniya-sankt-peterburg-2006-udk-plani-seminarskih-zanyatij-po-psihologii-i-pedagogike-metodicheskie-ukazaniya-pod-obshej-red-s-p-ezhova-spb-spbgti-tu-spb-2006-s.html
  • lesson.bystrickaya.ru/poslednyaya-cifra-stepeni.html
  • testyi.bystrickaya.ru/analiz-investicionnoj-privlekatelnosti-predpriyatij-zhilishnoj-sferi-08-00-12-buhgalterskij-uchet-statistika.html
  • portfolio.bystrickaya.ru/osnovnie-dannie-obshie-dlya-aktivnih-veshestv-postanovlenie-ob-utverzhdenii-sanitarnogo-reglamenta-po-ustanovleniyu.html
  • otsenki.bystrickaya.ru/russkaya-doktrina-novoe-oruzhie-soznaniya-stranica-36.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/soedinenie-lichnosti-i-sushnosti-dva-astrala-centr-sintez-n-i-siyanov-triumf-vidzhl-voina-konspekt.html
  • pisat.bystrickaya.ru/tema-17-analiz-operacij-s-akciyami-bazovij-kurs-lekcij-i-osnovi-finansovih-vichislenij-uchebnoe-posobie-ufa-2001.html
  • esse.bystrickaya.ru/prosveshenie-shkola-i-pedagogicheskaya-misl-v-rossii-v-xviii-veke.html
  • reading.bystrickaya.ru/marketing-imidzha-bbk-65-0492.html
  • occupation.bystrickaya.ru/monitoring-smi-za-04-03-2011g.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/mcenskij-gorodskoj-sovet-narodnih-deputatov-stranica-2.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/referat-po-discipline-pravovedenie-na-temu-prestuplenie-ponyatie-priznaki-klassifikaciya.html
  • tasks.bystrickaya.ru/1-analiz-psihologo-pedagogicheskoj-literaturi-po-probleme-razvitiya-mishleniya-mladshih-shkolnikov.html
  • control.bystrickaya.ru/ekonomicheskij-obzor-islamskoj-respubliki-iran-iran.html
  • shpora.bystrickaya.ru/zasedanie-ekzamenacionnoj-komissii-sostoitsya-28-marta-2011-goda-v-14-00-chasov-v-pomeshenii-upravleniya-ministerstva-yusticii-rossijskoj-federacii-po-yaroslavskoj-oblasti-po-adresu-g.html
  • testyi.bystrickaya.ru/aya-gurevich-idealnij-istorik-xxi-v-otechestvennaya-istoriya.html
  • write.bystrickaya.ru/gosduma-prinyala-v-pervom-chtenii-zakonoproekt-o-nekommercheskih-organizaciyah-novosti-20.html
  • prepodavatel.bystrickaya.ru/spravochnik-putevoditel-prakt-vracha-stranica-9.html
  • studies.bystrickaya.ru/avtoreferat-d-issertacii-na-soiskanie-uchenoj-stepeni-stranica-4.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.